Проект 61 — большие противолодочные корабли типа «Комсомолец Украины»

Устройство корпуса

Для больших противолодочных кораб­лей проекта 61 был принят гладкопалубный корпус с плавным, но высоким подъ­емом верхней палубы в носовой оконеч­ности. Корпус — стальной, с очень остры­ми обводами (отношение длины к ширине достигло 9,5) для получения высоких ско­ростей хода. С целью сохранения необхо­димой остойчивости, особенно в штормо­вых условиях, надводную часть корпуса уширили и выполнили слом борта между транцем и 45-м шпангоутом. Корпус имел верхнюю и нижнюю палубы, первую и вто­рую платформы, трюм и второе дно. Кор­пус корабля разделялся 13 водонепрони­цаемыми переборками, доходившими до верхней палубы, на 14 водонепроницае­мых отсеков. На части кораблей устанав­ливалась дополнительная переборка, и число отсеков увеличилось до 15.

На протяжении двух третей длины верх­ней палубы располагалась надстройка, выполненная для облегчения конструкции из алюминиево-магниевого сплава АМГ-5В. Внутренние выгородки и ряд фундаментов отдельных устройств также изготавлива­лись из АМГ-сплава, что позволило снизить положение центра тяжести корабля и уменьшить массу корпуса. Конструкции в районах расположения мачт, пусковых ус­тановок ЗРК, РЛС систем управления и ходового поста были стальными.

Интересной особенностью корабля стало создание сплошного «штормово­го» коридора в надстройке (в районе 20 —251-го шп.), соответствовавшего требованиям противоатомной защиты. В боевой и штормовой обстановке выход на верхнюю палубу мог осуществляться только через газонепроницаемые тамбу­ры этого коридора.

Расположение служебных и жилых по­мещений на «поющих фрегатах» было тра­диционным для советского флота. Правда, впервые в отечественной практике на ко­раблях проекта 61 появилась столовая для команды, позволявшая одновременно на­кормить две трети личного состава сроч­ной службы. Однако в каютах и кубриках практически не имелось иллюминаторов, а отсутствие кондиционеров и слабая вентиляция помещений, постоянный шум от воя газовых турбин делали условия обита­ния на корабле очень тяжелыми.

Главный командный пункт (ГКП) разме­щался в корпусе корабля на нижней палу­бе (в районе 63 —83-го шп.) и включал посты управления: штурманский, противо­воздушной и противолодочной обороны (управления оружием), радиотехническо­го противодействия и командный пост связи. Запасной командный пункт (ЗКП) находился в посту «Дозор» и обеспечивал управление кораблем при выходе из строя ГКП и ходового поста. Ходовой пост, рас­полагавшийся в районе 79 — 89-го шпан­гоутов, был оборудован верхним и сиг­нальным мостиками. Он обеспечивал уп­равление кораблем при маневрировании в стесненной обстановке и швартовке (вход и выход из базы, проход в узкостях и т.п.). Его оборудование включало толь­ко штурманские приборы и перископы ВБП-452. Пост энергетики и живучести (ПЭЖ) размещался на верхней палубе в надстройке (то есть был весьма уязвим при повреждениях), а запасные посты находи­лись в постах дистанционного управления (ПДУ) обоих машинных отделений.
Протяженность междудонного про­странства составляла около 80% длины корпуса. Этот объем использовался для хранения запасов топлива и воды. Ко­рабль имел продольную систему набора корпуса с размером шпации 500 мм. Глав­ные водонепроницаемые переборки рас­полагались на шпангоутах: 9, 20, 42 — 47, 63, 83, 101, 128, 143, 164, 191, 215, 233, 251-м (позже — и на 261-м). Горизонталь­ный киль являлся одновременно и нижним поясом наружной обшивки, простираясь от форштевня до 230,5-го шпангоута. Тол­щина наружной обшивки варьировалась от 6 до 8 мм. Второе дно имело толщину 5 мм, а толщина настила палуб, платформ и главных переборок (продольных и по­перечных) — 4 мм. Фок-мачта и грот-мач­та — четырехногие, башенноподобные, решетчатые. В районе мидель-шпангоу­та, на скуловой части корпуса, находились боковые (втягивающиеся в корпус) рули. Эти успокоители уменьшали амплитуду бортовой качки в три раза при волнении моря до 5 баллов и при скорости хода до 24 узлов. Предусматривались также ста­ционарные бортовые кили.
Закат диаграммы статической остой­чивости при стандартном водоизмеще­нии колебался в пределах 63° — 65°. На­чальная поперечная метацентрическая высота при стандартном водоизмещении не превышала 0,8 — 0,9 м, при нормаль­ном — 1,27 м, при полном — 1,57 м.
Диаметр циркуляции не превышал 7,5 длины корабля при угле крена до 13°.
Предельно допустимая скорость вет­ра (на высоте 6 м при крене 25°) состав­ляла 48 м/с при нормальном и 34 м/с — при стандартном водоизмещении.
Непотопляемость корабля обеспечи­валась при затоплении любых трех смеж­ных отсеков (загрузка в пределах от нор­мального до полного водоизмещения). Установившийся при этом аварийный статический крен не должен был превы­шать 12°, а высота надводного борта со­ставлять не менее 0,6 м. В противном случае СКР мог опрокинуться.
Численность экипажа не была посто­янной. Так, штат 1962 года для корабля проекта 61 насчитывал 266 человек: 22 офицера, 18 мичманов и главстаршин, 226 старшин и матросов срочной службы. С 1974 года офицерский штат возрос до 25 офицеров и на «Проворном» (проект 61Э) составлял 296 человек (40 мичманов, 231 «нижних чинов»). На модернизированных БРК проекта 61М по штату полагалось 29 офицеров, 42 мичмана и 249 матросов — всего 320 человек.

Энергетическая установка
Корабли проекта 61 стали первыми в мире достаточно крупными боевыми еди­ницами со всережимной газотурбинной установкой (ПТУ).
ГТУ была двухзальной, с четырьмя га­зотурбинными двигателями типа М8Е мощностью по 18 000 л.с. каждый. Два таких ГТД передавали мощность на греб­ной винт через общий редуктор и состав­ляли газотурбозубчатый агрегат М-3. Кро­ме суммирования мощности двух ГТД, редуктор обеспечивал реверс гребного винта, а также подключение и отключе­ние любого ГТД с помощью специальных кулачково-фрикционных и гидравлических муфт. Это конструктивное решение поз­волило резко повысить экономичность ГТУ на малых ходах за счет отключения лю­бых 2 — 3 двигателей. Общая мощность энергетической установки — 72 000 л.с.
Механическая установка размещалась автономными эшелонами в двух отсеках, в носовом и кормовом машинных отде­лениях. Носовой работал на правый греб­ной винт, кормовой — на левый. Кроме ГТЗА в каждом машинном отделении раз­мещались по два газотурбогенератора ГТУ-6, а в отсеках между отделениями — вспомогательные механизмы (котлы, ис­парители, успокоители качки). ГТУ-6 име­ли мощность 600 кВт и выпускались на заводе «Экономайзер» (ныне — «Проле­тарский завод»). Выпуск агрегатов М-3 был освоен на Южном турбинном заво­де в Николаеве, что после распада СССР и отделения Украины привело к быстро­му списанию большинства газотурбин­ных кораблей (из-за невозможности за­мены турбин после износа).
Время пуска турбин из холодного со­стояния до оборотов холостого хода не превышало трех минут. Пятиминутный предварительный прогрев позволял в течение еще пяти минут выйти на пол­ную мощность ГЭУ и развить максималь­но возможный ход. В экстренном случае за пять минут можно было развить 60% мощности ГЭУ и из холодного состояния. Редуктор обеспечивал возможность ре­верса с полного переднего хода на пол­ный задний ход и обратно. Удельный рас­ход топлива составлял 260 — 289 г/л.с. в час. Расход топлива при полном ходе составлял 612 кг/милю, а при оператив­но-экономическом ходе — 266 кг/милю. Число оборотов гребных валов на пол­ном ходу — 300 об/мин.
Газотурбинные генераторы обеспечи­вали корабль переменным трехфазным током с напряжением 380 В и частотой 50 Гц. Два дизель-генератора по 200 кВт и два вспомогательных паровых котла с рабочим давлением пара 5 кгс/см2 (паропроизводительность — 1,5 т/ч) разме­щались в отделениях вспомогательных механизмов.
В машинных отделениях корабля (в отличие от котлотурбинных кораблей) стоял чрезвычайно высокий уровень шума «поющих» турбин, и управлять главной энергетической установкой мож­но было только из поста дистанционно­го управления, совмещенного с элек­тростанциями. Контрольные функции по управлению ГЭУ выполнял пост энерге­тики и живучести. Управление ГЭУ про­изводилось с главного командного поста и с ходового поста, причем оба они находились в корпусе корабля на нижней палубе.
Корабли проекта 61 имели по две пары газоотводных труб, размещенных над машинными отделениями. Их фор­ма и размеры выбирались с учетом воз­можности полной замены газовых турбин и газотурбогенераторов через люки труб.
Создание морского ГТЗА М-3 стало крупным достижением отечественной промышленности. Почти в два раза уменьшилась масса ГЭУ (по сравнению с установкой на эсминцах проекта 56). Срок службы каждого двигателя опре­делили в 3000 часов, из которых на 100% мощности отводилось 100 часов, а на 50 — 60% мощности — 2700 часов. Все­го же срок службы каждого агрегата при скорости хода в 24 узла гарантировался не менее 5000 часов.
Относительно слабой оказалась про­тивопожарная защищенность машинных отделений ввиду их расположения около погребов с боезапасом и низкой термои­золяции переборок. Станция жидкостно­го пожаротушения могла подать фреон только в одно-два помещения, а затем разряжалась и к повторному применению была непригодна. Отсутствовала и система паротушения должной мощности. Имелась однопроводная водяная проти­вопожарная магистраль с отводами воды потребителям, 7 пожарных насосов ЭПжН-16 (производительность 100 м3/ч) или 2 пожарных насоса НЦВ-160/80 (по 160м3/ч) и 5 насосов НЦВ-100/80(по 100 м3/ч). Насосы могли включаться автома­тически от реле давления, вручную — с места установки насоса и дистанционно — из ПЭЖа (имелась световая сигнализа­ция). Пожарные рожки обеспечивали пода­чу двух струй воды в помещение и трех струй — в любое место верхней палубы и надстроек. Система паротушения пред­назначалась лишь для тушения пожара в топливных цистернах. Система жидкос­тного тушения включала в себя по две станции в машинных отделениях (на вер­хней палубе), у главных двигателей, в отделениях приводов. Она могла подать 360 г воды на 1 м3 объема помещения в течение 1 минуты при ручном управлении, что было явно недостаточно.
Запас топлива (марка ДС) составлял 940 т, в том числе расходный — 930 т; на модернизированных кораблях — 950 т. Запас масла — 10 т; котельной воды — 4, мытьевой воды — 34, пить­евой — до 40 т. Полный запас пресной воды обычно не превышал 70 т. Керо­сина для вертолета принималось 5800 л. На корабле имелась опреснительная установка, запас провизии из расчета автономности на 10 суток составлял 6,5 т; на модернизированных кораблях — 21 т при 25 сутках автономности.
Скорость хода у кораблей проекта 61 была различной, однако не ниже 32 уз­лов (для полного хода). Первые корабли серии развивали на испытаниях с под­нятым обтекателем ГАС не менее 35,5 узла, но неоднократно превышали и этот показатель. Максимально зафиксирован­ной скоростью хода «поющего фрегата» стали 39 узлов на «Комсомольце Украи­ны» и «Проворном». Формулярной ско­ростью полного хода для БПК проекта 61 являются 34 узла, а для проекта 61М — 32. Боевой экономический ход — 24 узла, а экономический ход с опущенным подъ­емно-опускным устройством (ПОУ) гид­роакустической станции — 18 узлов. Ми­нимально возможная скорость передне­го хода, допускаемая РЭУ, составляет 8 узлов при 62 об/мин. Удачная форма четырехлопастных винтов (диаметр — 3,9 м) практически не вызывала явлений кави­тации даже на полных ходах.
Дальность плавания корабля полным ходом не превышала 1520 миль, при бо­евом экономическом ходе —3100 миль, при оперативно-экономическом — 3500 миль. У БРК проекта 61М дальность пла­вания экономическим ходом колебалась от 3200 до 4000 миль.
«Поющие фрегаты» имели неограни­ченную мореходность весьма удовлетво­рительных качеств. Качка отмечалась очень плавная, практически отсутствова­ла заливаемость, невысокой была и забрызгиваемость. Полную скорость хода БПК легко развивал даже при 5-балль­ном волнении и, включив активные ус­покоители качки, мог использовать свое оружие. Без успокоителей качки стрель­бу можно было вести при волнении до 4 баллов. При волнении свыше 7 баллов не рекомендовалось развивать скорость хода более 24 узлов (при поднятом об­текателе ПОУ-12). Благодаря очень ост­рым носовым образованиям и большой высоте надводного борта в носу БПК проекта 61 легко шли против волны, хо­довой мостик почти не забрызгивался, а трюмы оставались сухими и относительно чистыми (по сравнению с котлотурбинными кораблями). Принятая на кораб­лях этого проекта схема ГТУ стала этап­ной для мирового кораблестроения и перспективной для кораблей классов крейсер и эсминец. В мире по такой схе­ме впоследствии построили около 100 боевых кораблей.

Зенитно-ракетное вооружение
Большой противолодочный корабль проекта 61 имел на вооружении два зе­нитных ракетных комплекса ближнего действия (ЗРК БД) типа «Волна». Каж­дый комплекс состоял из одной двухбалочной наводящейся пусковой установ­ки ЗИФ-101, системы управления с ан­тенным постом «Ятаган» и 16 зенитных управляемых ракет В-600.
Пусковые установки размещались на крыше надстройки в носу (район 52,5-го шп.) и в корме (район 204,5-го шп.). Ус­тановка ЗИФ-101 представляла собой спаренную, открытую, стабилизирован­ную установку тумбового типа с нижней подвеской двух ракет на двух направля­ющих балках. Погреба ракетного боеза­паса (№ 4 — носовой, № 8 — кормовой) с барабанной системой хранения ракет имели по два вертикальных барабана на восемь зенитных управляемых ракет (ЗУР) каждый. На линию заряжания ра­кета подавалась поворотом барабана на угол 45°, а механическое заряжание осу­ществлял цепной досылатель-толкатель. Электрический силовой привод (ЭСП-101) и дистанционное управление обес­печивали функционирование пусковой установки. При внутрикомплексной мо­дернизации ЗРК основные усовершен­ствования касались аппаратуры управле­ния и самих зенитных ракет. Так, ЗРК с ракетами В-601 именовался «Волна-М», с ракетами В-611 — «Волна-11», с раке­тами В-601 М — «Волна-Н», с усиленной помехозащищенностью — «Волна-П». В 1980-х годах комплекс «Волна» стал на­зываться ударным (УЗРК) и позволял вести стрельбу ракетами по надводным целям. В литературе его часто упомина­ют как комплекс М-1 (морской универ­сальный ЗРК).

Характеристики зенитных ракет
В-600 (4К-90) В-601 (4К-91)
Полная длина ракеты, мм 5885 5948
Длина/диаметр 1-й ступени, мм 1810/610 1817/552
Длина/диаметр 2-й ступени, мм 4075/379 4131/390
Стартовый вес ракеты, кг 923 980
Вес боевой части, кг 60 72
Индекс боевой части 4Г-90 5Б-18
Скорость, м/с 600 100 — 700
Высота стрельбы, м 100 — 10000 100 — 14000
Наклонная дальность, м 4000 — 15000 4000 — 22 000

Зенитную управляемую ракету В-600 (шифр 4К-90) приняли на вооружение в 1962 году. Начало разработок приходит­ся на 1955 год, и весь комплекс созда­вался на базе сухопутного ЗРК войск ПВО С-125. Главным конструктором «Во­лны» был И.А.Игнатьев (ВНИИ «Альтаир» МСП), а главным конструктором ракеты В-600-П.Д. Грушин (МКБ «Факел» МАП). Ее модификация — В-601 — посту­пила на вооружение ВМФ в 1968 году.
В-600 и ее более поздние варианты представляют собой двухступенчатые ракеты с пороховыми двигателями. Пер­вая ступень снабжена четырьмя раскры­вающимися после старта стабилизато­рами и служит пороховым реактивным двигателем (ПРД-36). Вторая ступень имеет подобный двигатель и осколоч­но-фугасную боевую часть (4Г-90) с го­товыми поражающими элементами об­щим весом 60 кг.
При запуске ракеты первая (старто­вая) ступень работает в течение 5 с, раз­вивая тягу в 30 т, а вторая (маршевая) — около 22 с, развивая тягу в 3 т. При раз­рыве боевой части ЗУР В-601 образовы­вается около 4500 осколков, поражаю­щих цель с вероятностью 75 — 90% в ра­диусе 20 м. Стандартная комплектация ракетного погреба — 15 боевых и 1 учеб­ная ракета.

Тактико-технические характеристики пусковой установки ЗИФ-101
Скорострельность 1 залп за 30 с
Угол заряжания 90°
Угол горизонтального наведения +330°
Угол вертикального наведения от — 10° до +95°
Скорость ГН 40 град/с
Скорость ВН 30 град/с
Скорость стабилизации 15 град/с
Расстояние между осями установки 3500 мм

Система управления стрельбой ЗУР «Ятаган» была разработана в НИИ-10, а аппаратура приводов антенно­го поста — в ЦНИИ-173. Наведе­ние ракеты осуществлялось по лучу РЛС «Ятаган» до момента срабатывания радиолокацион­ного взрывателя. Недостаток этой радиокомандной систе­мы — ее одноканальность, а так­же резкое снижение точности стрельбы при увеличении рас­стояния до цели. Каждый антен­ный пост имел пять антенн. Две малые антенны осуществляли так называемую «грубую» наво­дку ракеты на цель, одна антен­на функционировала в качест­ве радиопередатчика команд оператора, а две большие со­провождали цель и более точ­но выводили на нее ракету. До поражения одной цели борьба со второй, третьей и т.д. целя­ми невозможна. Время сраба­тывания самоликвидатора со­ставляло 26 с, а радиовзрыва­тель «Пролив» (5Е15) мог сра­батывать при промахе ракеты до 58 м от цели, поражая ее 3500 осколками (В-600) весом около 5,4 г каждый.
Комплекс «Волна-П» был принят на вооружение в 1976 году. Его помехозащищенность обеспе­чивалась введением в систему управле­ния оптико-электронного канала сопро­вождения цели (телевизор 9Ш33). Ис­пользование ракеты В-601М (комплекс «Волна-Н») позволяло поражать низко­летящие цели на высоте 3 — 5 м от уров­ня моря.
Один из кораблей — БПК «Провор­ный» — в 1974 — 1977 годах был модер­низирован по проекту 61Э (эксперимен­тальный). С корабля были демонтиро­ваны зенитные ракетные комплексы «Волна», и на месте кормового размес­тили опытный образец нового многока­нального ЗРК «Ураган». В дальнейшем планировалось установить два таких же носовых и по этому проекту модерни­зировать минимум четыре корабля. Этим планам не суждено было осуществить­ся, и «Проворный» остался единствен­ным «поющим фрегатом», вооруженным ЗРК «Ураган».
Этот универсальный многоканальный корабельный зенитный ракетный ком­плекс разработан в НПО «Альтаир» (глав­ный конструктор Г.Н.Волгин). Его созда­ли на базе сухопутного ЗРК «Буг», и из­начально он предназначался для заме­ны УЗРК «Волна», но из-за больших раз­меров и массы пусковой установки та­кая замена не состоялась.
На «Проворном» установили опытный образец пусковой установки комплекса «Ураган» (М-22), имевший индекс ЗС-90. Вес пусковой установки без ракет не превышал 30 т, а в погребе размещались 24 зенитные ракеты 9М38: 8 — во внут­реннем барабане револьверного типа, 16 — во внешнем. Площадь погреба — 5,2×5,2 м, глубина — 7,42 м. Темп схода ракет — 12 с. На серийных кораблях (про­ект 956) использовалась установка с шифром МС-196. Комплекс «Ураган» остается достаточно эффективным и в на­стоящее время, хотя внедрение в 1980-х годах палубной наводящейся установки с одной пусковой балкой было явным анахронизмом.
Дальность стрельбы «Урагана» — 3,5 — 25 км, высота поражения воздушной цели (при ее скорости до 830 м/с) — от 10 до 15 000 м. Радиус зоны поражения цели — 17 м. Длина ракеты 5550 мм, диаметр — 400 мм, стартовая масса — 690 кг и вес боевой части — 70 кг. Ракета снабжена полуактивной головкой самонаведения, активно-импульсным и контактным взры­вателями.
Корабельная система управления ЗР-90 функционировала от установленной на грот-мачте РЛС общего обнаружения МР-700 («Фрегат-М»). Координаты всех обнаруженных целей поступали в цен­тральный пост на прибор ОИ-5Ц (размно­житель воздушной информации). Про­жекторы радиолокационного подсвечива­ния целей (ОП-3), два экстраполятора целей (ОИ-14), прибор распределения целей (ОК-10ВП), телевизиры (ОТ-10), прибор управления огнем (ОК-10) и дру­гие — вот довольно сложная цепь пере­дачи первичной радиолокационной ин­формации собственно к ракете. Теоре­тически станция управления способна была обеспечить сопровождение 24 це­лей и обстрел 19 (при наличии на кораб­ле соответствующего числа телеоптичес­ких визиров и прожекторов подсветки), но на практике эти цифры составляли 12 и 6 целей соответственно.

Ударное ракетное вооружение
На больших противолодочных кораб­лях, модернизированных по проектам 61М, 61МП и построенных по проекту 61МЭ, разместили ракетный комплекс противокорабельных ракет «Термит». Это оружие превращало почти беззащитный фрегат в ударный корабль, способный бороться с надводными кораблями сво­его класса.
Комплекс «Термит» состоял из четы­рех пусковых установок КТ-15М-БРК, размещенных побортно, парами, в кор­ме. Пусковые установки имели постоян­ный угол возвышения и представляли собой одиночные контейнеры цилиндри­ческой формы, неповоротные, нестаби­лизированные, но достаточно герметич­ные и при необходимости быстрозаменяемые. На фрегатах, построенных для ВМС Индии, контейнеры КТ-97М находи­лись в носу, а не в корме. Кроме пуско­вых установок, в состав комплекса «Тер­мит» входили система управления стрельбой «Коралл-НК» и четыре противокорабельные крылатые ракеты П-15М (шифр 4К-51). Для индийских кораблей поставлялась экспортная модификация ракеты (индекс П-15МЭ) с иным радио­электронным оборудованием головки самонаведения.
Крылатая противокорабельная ракета П-15М имела нормальную аэродинами­ческую схему со среднерасположенным трапециевидным крылом. Крыло — мало­го удлинения, с большой стреловид­ностью по передней кромке. В задней части ракеты находились верхнераспо­ложенный киль и цельноповоротные рули высоты, а снизу подвешивался старто­вый пороховой ускоритель. Ракета осна­щалась маршевым жидкостным реактив­ным двигателем и фугасно-кумулятивной боевой частью (4Г-15). Головка самона­ведения — радиолокационная или тепло­вая («Снегирь»). Ракета и комплекс «Тер­мит» были приняты на вооружение в 1971 — 1972 годах. Длина ракеты — 6665 мм, общий вес — 2523 кг, вес боевой час­ти — 480 кг (или 15 кт с ядерной БЧ), вес взрывчатого вещества — 375 кг. Скорость полета ракеты — 320 м/с, дальность — от 8 до 80 км. Маршевая высота полета — 25 или 50 м, со снижением при подходе к цели до 2,5 м над уровнем моря. Раке­та диаметром 780 мм имела складываю­щиеся крылья с размахом 2500 мм. Уско­ритель (РДТТ) развивал тягу в 29 т, а маршевый двигатель — 1217т при стар­те и 515 т в полете.
Относительно небольшие крылатые ракеты П-15М принято относить к раке­там тактического назначения (дальность. полета не превышает 150 км).

Противокорабельный ракетный комплекс «Уран»
Вооружить остальные большие проти­володочные корабли проекта 61 ударным ракетным оружием планировалось еще в начале 1980-х годов, так как, кроме шести модернизированных в большие ракетные корабли, остальные «поющие фрегаты» такого оружия не имели.
Оптимальным выходом посчитали размещение на этих кораблях разработанной в ОКБ «Звезда» дозвуковой ПКР такти­ческого назначения «Уран» с ракетой Х-35 (3М24). По ряду причин этот комплекс так и не поступил на вооруже­ние флота, а большинство «поющих фре­гатов» успели благополучно отправиться на корабельные кладбища и разборку. Лишь один «Сметливый» прошел пере­оборудование с расчетом на установку ракетного комплекса «Уран». На крыше надстройки вместо установок РБУ-1000 разместили две пусковые установки, представляющие собой обычные направ­ляющие для пакета из четырех транспортно-пусковых контейнеров (КТ-184).

Артиллерийское вооружение
В соответствии с концепцией эскорт­ного корабля все БПК проекта 61 реше­но было вооружить 76-мм артиллерией и разместить в оконечностях два зенит­ных артиллерийских комплекса АК-726 (заводской шифр ЗИФ-67). Увы, отсут­ствие ударного ракетного вооружения среднекалиберной артиллерии (100 мм и выше) делало корабль почти беззащит­ным и лишало его возможности обстре­ливать береговые цели, оказывая под­держку десанту. Вступать в артиллерий­скую дуэль с зарубежными эсминцами наши БПК также не могли.
Разработку артиллерийской установ­ки АК-726 начали в 1954 году под руко­водством главного конструктора ЦКБ-7 (ныне КБ «Арсенал») П.А.Тюрина. На во­оружение флота она официально посту­пила только в 1964 году, став одной из самых массовых артустановок ВМФ СССР. На головном корабле серии — БПК «Комсомолец Украины» прошли испыта­ния две артустановки ЗИФ-67 в период с 20 октября по 6 ноября 1962 года.
Качающаяся часть артустановки состо­яла из двух автоматов, расположенных в общей люльке. Моноблочный ствол с пру­жинным накатником охлаждался заборт­ной водой в перерывах между очередями и имел эжекторы для продувки ствола пос­ле каждого выстрела. Внутренний канал ствола — с 24 нарезами постоянной кру­тизны. Подача снарядов в приемники орудий производилась элеваторами из под­башенного отделения. Заряжание — обойменное, по два патрона в каждой обойме. Подача и снаряжение обойм велись вруч­ную из корабельных артпогребов через окна в неподвижном барбете. Управление механизмами возможно в автоматическом, полуавтоматическом и ручном режимах. Наведение — дистанционное, от приборов управления стрельбой или от автономно­го кольцевого прицела «Призма». Каждая артустановка имела собственную систему управления МР-105 «Турель» (разработана под руководством главного конструк­тора О.Б.Федорова).
В качестве боеприпаса применялись два типа снарядов: зенитный ЗС-62 с радиолокационным взрывателем АР-67 и осколочно-фугасный ОФ-62 с контак­тно-ударным взрывателем ВГ-67. Каж­дый снаряд снабжен взрывчатым вещес­твом массой 400 г. Масса порохового заряда патрона — 3,055 кг. Табличная дальность стрельбы — 15 700 м и 11 000 м по самоликвидатору, который срабаты­вает через 26 — 32 с на дистанции око­ло 63 кбт.
К недостаткам данной артустановки можно отнести плохую вентиляцию башни, что вынуждало расчет башни стрелять с открытыми броневыми двер­ками во избежание угорания. Обычная скорость наведения по вертикали при ручном управлении не превышает 1,2 град/с, а по горизонтали — не более 1 град/с. При автоматическом управлении скорость наведения возрастает до 30 и 35 град/с соответственно. К по­ложительным качествам АК-726 можно отнести высочайшую надежность и точ­ность огня.
Тем не менее, необходимость усиле­ния зенитно-артиллерийского вооруже­ния «поющих фрегатов» становилась все более очевидной, и на модернизирован­ных кораблях были дополнительно раз­мещены два зенитных артиллерийских комплекса АК-630 (А-213) в составе че­тырех шестиствольных автоматизирован­ных установок АК-630 и двух станций управления огнем МР-123 «Вымпел-М». Артустановки АК-630, созданные в 1974 году под руководством главного кон­структора М.С.Кнебельмана, предназна­чались для ближней самообороны кораб­ля и уничтожения средств воздушного нападения (самолетов, вертолетов, про­тивокорабельных ракет), скоростных ма­лоразмерных морских надводных целей, плавающих мин.
В конструкции установки использован зенитный автомат АО-18 с вращающим­ся револьверным блоком из шести стволов и автономным жидкостным охлажде­нием. Вращение блока обеспечивается энергией пороховых газов, отводимых поочередно от каждого ствола.
Заряжание артустановки — ленточ­ное, с прямоугольным магазином. Уп­равление — дистанционное, автомати­ческое от РЛС управления МР-123 «Вымпел-М» или автономным кольце­вым прицелом «Колонка». Точность стрельбы артустановки относительно невысока и во многом зависит от уда­ления РЛС управления огнем от оси стрельбы блока стволов.
В качестве боеприпасов применяют­ся осколочно-трассирующий снаряд ОР-84 (масса 0,386 кг) и осколочно-фугасно-зажигательный снаряд ОФ-84 (масса 0,384 кг), снабженный взрывателем А-498К. Масса взрывчатого вещества в первом типе снаряда — 0,0116 кг, во вто­ром — 0,049 кг. Самоликвидатор сраба­тывает через 16 с на дистанции 5000 м. Следует также отметить высокую ско­рость автоматического наведения арт­установки: по вертикали — 50 град/с и по горизонтали — 70 град/с.

ТТХ артиллерийских установок
Обозначение артсистемы АК-726 АК-630 АК-230
Калибр, мм 76,2 30 30
Длина ствола, клб. 59 54,3 78
Число стволов 2 6 2
Углы вертикального наведения, град. — 10.. .+85 — 12.. .+88 — 12.. .+87
Углы горизонтального наведения, град. ±164 + 180 + 180
Скорострельность, выстрелов на ствол 90—107 840 1050
Боезапас, выстрелов на ствол 600 500 500
Масса снаряда, кг 5,9 0,38 0,36
Начальная скорость снаряда, м/с 980 900 950
Дальность стрельбы, км:
по вертикали 11,0 5,0 3,5
по горизонту 9,06 8,1 4,5 — 5,0
Боевой расчет, чел. 9 3 2
Вес установки, кг 26000 1000 1905
Бронирование башни, мм 5 8 4

В экспортной модификации проекта вместо артустановок АК-630 размести­ли более старые, но хорошо зарекомен­довавшие себя двухорудийные автома­тизированные артустановки АК-230. Эта самая массовая артустановка советско­го ВМФ отличалась надежностью и точ­ностью стрельбы. Так, вероятность по­ражения торпедного катера на дистан­ции до 20 кабельтовых составляет 99% при рас­ходе до 200 снарядов. Точность стрель­бы артустановки полностью зависит от точности регулировки системы управле­ния огнем — РЛС МР-104 «Рысь». Артустановка создана под руководством главного конструктора А.С.Харыкина и принята на вооружение в 1962 году.
Автоматическое сопровождение воз­душной цели (при скорости до 300 м/с) обеспечивается на дистанции до 140 кбт с 80-процентной вероятностью ее пора­жения одной очередью. Применяются три вида снарядов, имеющих до 0,039 кг взрывчатого вещества и время самолик­видации 12 — 18 с.
На экспортной модификации проекта «поющих фрегатов» была демонтирова­на кормовая артустановка АК-726 вмес­те со станцией управления «Турель». Предполагалась замена носовой арт­установки АК-726 на новейшую 100-мм автоматизированную одноствольную артустановку АК-100, но по ряду причин та­кой замены не произошло.

Торпедное вооружение
На крыше надстройки, в диаметраль­ной плоскости позади грот-мачты распо­лагался один пятитрубный торпедный аппарат ПТА-53-61. При модернизации в Николаеве, на заводе имени 61 комму­нара, для четырех кораблей использова­ли торпедные аппараты ПТА-53-1123/2. Их демонтировали в начале 70-х годов с противолодочных крейсеров «Москва» и «Ленинград» (проект 1123) и решили ус­тановить на «Сдержанном», «Смелом», «Стройном» и «Смышленом».

Тактико — технические характеристики торпед
53-57 53-65К СЭТ-53 СЭТ-65
Дальность хода, м 18000 19000 7500 15000
Глубина поражения, м 2—14 2—12 20 — 200 20 — 200
Скорость хода, узл. 45 45 29 40
Вес торпеды, кг 2000 2200 1480 1850
Вес взрывчатого вещества, кг 305 307,6 100 250
Тип двигателя Турбина Турбина Эл.­дв. Эл.дв.
парогазовая парогазовая

Управление стрельбой торпедами велось с РКП корабля при помощи ПУТС (приборов управления торпедной стрель­бой) «Тифон-61» или «Тифон-6Ш». В 1973 году ЦКБ «Полюс» (МОП) разрабо­тало первую цифровую ПУТС «Ладога» для новых торпед 53-65К и СЭТ-65, ко­торые также имелись на вооружении ко­раблей проекта 61.
Стандартная комплектация торпедно­го боезапаса в начале 90-х годов для «по­ющего фрегата» состояла из двух дальноходных противокорабельных торпед 53-65К (изделие 243) и трех противолодоч­ных самонаводящихся электрических тор­пед СЭТ-65 (изделие 260). Все торпеды являются автономно-самонаводящимися и снабжены ударным и неконтактным взрывателями. Они хранились только в трубах торпедного аппарата; допускалось хранение двух учебных торпед на палубе у торпедного аппарата (район 144-го шп.).
Для экспортных кораблей поставля­лись противокорабельные торпеды 53-65КЭ.

Реактивное противолодочное вооружение
На БПК проекта 61 размещены реак­тивные бомбометные установки систем «Смерч-2» и «Смерч-3». Оба комплекса, разработанные Московским институтом торпедной техники (главный конструктор В.А.Масталыгин), предназначаются для уничтожения подводных лодок и торпед противника.
«Смерчи» приняты на вооружение в 1961 году и являются первыми отечественными бомбометами с механическим заря­жанием. Система управления, единая для обоих комплексов (ПУСБ «Буря» с пристав­кой «Зуммер»), может одновременно упра­влять огнем всех четырех РБУ, а время реакции не превышает двух минут.
Каждая РБУ имеет собственную сис­тему заряжания и представляет собой стационарную, наводящуюся в двух плоскостях установку с двенадцатью или шестью радиально расположенными стволами. Погреб с глубинными бомба­ми находится в подпалубном помеще­нии. Специальным подъемником бомбы подаются на заряжающее устройство, а пакет стволов, опущенный на угол 90°, последовательно разворачивается по курсовому углу и после заряжания ав­томатически возвращается в режим на­ведения. Две установки РБУ-6000 рас­полагаются побортно на нижнем мости­ке в районе 75-го шп., а две РБУ-1000 — на палубе надстройки (побортно) в рай­оне 159,5-го шп. Для РБУ-6000 имелся единый погреб № 5, рассчитанный на хранение в вертикальном положении на стеллажах 192 реактивных бомб РГБ-60 (по восемь залпов на установку). Для РБУ-1000 —погреба № 6 и № 7, на 24 бомбы РГБ-10 каждый, по четыре залпа на установку.
Оба типа реактивных бомбометных установок имеют предельные углы вер­тикального наведения от — 90° до +65°, а в горизонтальной плоскости — от 0° до ±180°. Скорость наведения в автомати­ческом режиме — 30 град/с, в ручном — 4 град/с. Установки применяются при волнении моря до 8 баллов. При взрыве одной бомбы взрываются все остальные РГБ в радиусе 50 м (взрыватель УДВ-60), а акустический неконтактный взрыватель ВБ-2 имеет радиус реагирования до 6 м. Бомба РГБ-10 обладает увеличенным до 100 м радиусом подрыва.
На модернизированных кораблях про­екта устанавливались усовершенство­ванные приборы управления бомбовой стрельбой «Буря-61М», пусковые уста­новки РБУ-1000 демонтировались.
Мертвая зона у обоих типов РБУ со­ставляет около 7 кбт, целеуказание вы­дается корабельными гидроакустически­ми станциями и передается в систему ПУСБ для наведения установок.

ТТХ реактивных бомбометных установок
«Смерч-2» «Смерч-3»
Индекс пусковой установки РБУ-6000 РБУ-1000
Индекс реактивной глубинной бомбы РГБ-60 РГБ-10
Общая масса пусковой установки, кг 3100 2900
Число стволов 12 6
Дальность стрельбы, м 5800 1000
Скорострельность в залпе, выстр./с 2,4 2,0
Габариты, мм:
длина 2000 2165
ширина 2250 2000
высота 1700 2030
Масса РГБ, кг 119,5 196
Калибр РГБ, мм 212 300
Длина РГБ, мм 1830 1700
Скорость полета РГБ, м/с 400 350
Скорость погружения в воде, м/с 11,6 11,8
Глубина поражения, м 450 450
Марка взрывателя УДВ-60 ВБ-2 УДВ-60

Авиационное вооружение
Корабль проекта 61 был оборудован специальной взлетно-посадочной пло­щадкой (ВПП) на верхней палубе в кор­мовой оконечности. Между ВПП и кор­мовой артустановкой размещался стартово-командный пост вертолета (СКПВ), имевший связь с ходовым мостиком, ГКП, керосинохранилищем и агрегатной вертолета. На юте находился и погреб № 10 с боеприпасом для вертолета. По­грузка и выгрузка бомб проводились вручную с помощью переносной поворот­ной балки, а непосредственная подача бомб на вертолет обеспечивалась вер­толетной лебедкой. Запас авиатоплива хранился в двух цистернах общей ем­костью 5800 л. Топливо из цистерн по­давалось в баки вертолета по специаль­ным шлангам и трубопроводам. Давле­ние в системе обеспечивалось азотом, хранившимся в шести баллонах общей емкостью 240 л. Аварийного сброса топ­лива за борт не предусматривалось. На модернизированных кораблях ВПП при­поднималась над верхней палубой, а в образовавшемся пространстве размеща­лась буксируемая гидроакустическая станция МГ-335 «Платина». Серьезным недостатком для серийных кораблей счи­талось отсутствие вертолетного ангара.
БПК проекта 61 мог принять на ВПП один противолодочный вертолет Ка-25ПЛ, выпуск которых по разработке ОКБ Н.И. Камова был налажен на Ухтом­ском авиазаводе в 1962 году.
Вертолет Ка-25ПЛ имел два соосных вращающихся в противоположные сторо­ны винта. Складывающиеся лопасти вин­тов обеспечивали летательному аппара­ту минимальные габариты. Фюзеляж вер­толета — цельнометаллический, из дюра­ля марки Д16Т с толщиной обшивки 0,8 мм. Остекление — из оргстекла толщиной 3 мм. Шасси — четырехстоечное, с базой 3,02 м. Запас топлива — 1105 кг кероси­на и возможность установки двух допол­нительных подвесных топливных баков по 200 л. Общая масса боевой нагруз­ки — 1100 кг. Основное оружие вертоле­та — электрическая самонаводящаяся противолодочная торпеда АТ-1 (позже — АТ-1М) калибра 450 мм, длиной 3,93 м и общей массой 550 кг (масса взрывчато­го вещества — 70 кг). Приводнившаяся торпеда выполняет акустический поиск подводной цели, изводясь на источник шумов и срабатывая от неконтактного взрывателя при подходе к цели на 5 — 6 м. Она способна повторить поиск потерянной цели, и если в течение 10 ми­нут цель остается необнаруженной, то торпеда самоликвидируется. Торпеда поражает подводные цели на глубинах до 200 м при скорости хода до 25 узлов.
На вооружении вертолета имелись также глубинные бомбы разных типов: ПЛАБ-250-120 (калибр — 250 мм, масса — 120 кг; применялись до глубин 300 м и снабжались ударным и гидроакустичес­ким неконтактным взрывателями); ПЛАБ-50-64 и ПЛАБ-МК (применялись в кассе­тах по 5 и 25 штук соответственно). К началу 80-х годов вертолеты могли при­менять также корректируемые глубинные бомбы КАБ-250-ПЛ, управляемую по про­водам торпеду «Стриж» (шифр Т-67) и ракетоторпеду АПР-2.
На передних боковых внешних держа­телях вертолета подвешивались по две ориентирно-маркерные авиабомбы: дневные (ОМАБ-25-12Д) или ночные (ОМАБ-25-8В), имевшие длину 870 мм и диаметр 140 мм. В хвостовой части вер­толета размещался аэрофотоаппарат А-39. Вертолет снабжался надувной лодкой МЛАС-1-ОБ, парашютами С-4Б. По­исково-прицельная система «Байкал» обеспечивала выполнение всего спект­ра боевых задач вертолета и включала в себя: радиолокационную станцию «Инициатива-2К», радиогидроакустическую систему «Баку», опускаемую гидроакус­тическую станцию «Ока» (ВГС-2), радио­приемную систему РПМ-С с буями «Поплавок-1А» и прицельно-вычислительное устройство ПВУ-В-1 «Жасмин». Радио­гидроакустические буи ненаправленно­го действия применялись двух типов: большие «Ива» и малые «Чинара», в кас­сетах по 18 штук.
Вертолет Ка-25ПЛ — первый отечес­твенный, по-настоящему боевой противо­лодочный вертолет. При всех своих недо­статках он служит на флоте более 35 лет.

Тактике – технические характеристики противолодочного вертолета Ка-25ПЛ
Длина, м:
без несущего винта 9,70
с несущим винтом 15,74
со сложенными
лопастями винта 11,60
Ширина корпуса, м 3,80
Высота при стоянке
на палубе, м 5,35
Диаметр несущего винта, м 15,74
Газотурбинные двигатели марки ГТД-ЗФ 2
Общая мощность, л.с. 1800
Скорость, км/ч:
Максимальная 220
Крейсерская 185
Дальность полета, км:
Практическая 350
с подвесным баком 520
Потолок динамический, м 3500

Радиотехническое вооружение
Корабли проекта 61 имели достаточ­но совершенные для своего времени радиолокационные станции (РЛС) обна­ружения воздушных и надводных целей, освещения воздушной обстановки и вы­дачи целеуказаний.
На первых кораблях серии устанав­ливались две двухкоординатные РЛС МР-300 «Ангара» на обеих мачтах. На­чиная с восьмого корабля серии на фок-мачте разместили усовершенствован­ный трехкоординатный вариант «Анга­ры» МР-310, а на грот-мачте — РЛС МР-500 «Кливер». Цифровой индекс РЛС обычно означает предельную дальность обнаружения воздушных целей. Все РЛС работают в дециметровом диапа­зоне (25 — 50 см) на четырех фиксиро­ванных частотах. Мощность РЛС в пре­делах 1,5—2 МВт с мертвой зоной об­наружения около 5 кбт. Дальность об­наружения корабля класса эсминец со­ставляла у «Ангары-А» 22 мили, даль­ность обнаружения подводной лодки — 9,5 мили и самолета на 10-километро­вой высоте — 270 км. РЛС «Кливер» спо­собна была обнаружить аналогичный самолет на расстоянии не менее 300 км.
При модернизации БПК «Проворный» на нем разместили РЛС МР-700 «Фре­гат». Мощность импульса этой РЛС со­ставляла 300 кВт (31 луч на 2 участка), станция работала на двух каналах — 12 и 15 см. Дальность обнаружения надводной цели составляла 50 км, а воздушной цели — не менее 290 км. Мертвая зона у «Фрегата» не превышала 800 м, время приведения РЛС в боевую готовность — не более 6 мин, а время непрерывной работы — 24 ч.
Корабли комплектовались также сис­темой опознавания «Свой — чужой» — 4 станции запроса «Никель-КМ» и 2 стан­ции ответа «Хром КМ», системой управ­ления вооружением корабля «Пульт-61 М», системой совместного использова­ния оружия «Блокировка-61М», системой групповых атак «Дозор-1», системой вы­дачи текущих координат МПЦ-315. Все корабли имели систему внутренней свя­зи «Каштан». На модернизированных ко­раблях дополнительно устанавливались системы постановки пассивных помех. Ее пусковая установка КЛ-101 представля­ла собой пакет с 16 направляющими тру­бами калибра 82 мм и имела только вер­тикальное наведение. Боезапас на четы­ре установки составлял 128 турбореактив­ных снарядов. Дальность стрельбы — 3500 м. На всех модернизированных кораблях, кроме «Славного», размещалась система постановки активных помех «Старт», вы­полняющая одновременно и функции ра­диотехнической разведки.
В качестве навигационных средств использовались две радиолокационные станции «Волга» (с дальностью до 50 миль), гирокомпас «Курс-3», магнитный компас УКМ-М-3, эхолот НЭЛ-5, лаг МГЛ-50М, автопрокладчик АП-4м, радиопе­ленгатор АРП-50р, ГАГ «Парус» и комплект аппаратуры РСВТ-1с, система сбо­ра и обработки информации «Планшет-61» и система обеспечения совместного плавания «Огонь-50-1».
Для обеспечения надежной радиосвя­зи применялись средневолновый радио­передатчик Р-653 и четыре коротковол­новых передатчика Р-652 и Р-654; сред­неволновый радиоприемник Р-677 и 11 коротковолновых радиоприемников (7Р-765К, 4Р-678Н); а также 9 приемопере­датчиков разных типов. Для взаимного обмена информацией между кораблями тактической группы на кораблях проекта 61 применялась механическая вычисли­тельная система МВУ-200 «Море-У» про­изводства НПО «Агат». Корабли первых серий оснащались навигационной РЛС «Дон» и станцией РЭБ «Залив».
В качестве гидроакустического воору­жения на первых кораблях серии исполь­зовались две гидроакустические станции (ГАС): МГ-311 «Вычегда» и МГ-312 «Ти­тан», антенны которых были размещены в выдвижном подкильном обтекателе. Станции обладали достаточной помехо­устойчивостью (из-за использования вы­соких частот) и применялись даже на больших скоростях хода корабля. С их помощью подводная лодка обнаружива­лась на дальности до 8 км (режим эхопеленгования) и до 18 км — в режиме щумопеленгования. Эти станции успеш­но обнаруживали мины и торпеды на дис­танциях до 2 — 3 км. Перепады гидроло­гических условий мало влияли на даль­ность обнаружения целей.
На модернизированных кораблях про­ектов 61М, 61МП и 61МЭ разместили новый гидроакустический комплекс МГК-335 «Платина», принятый на вооружение в 1975 году (главный конструктор Л.Д.Климовицкий). В этом комплексе второго поколения использовались не­сколько антенн различного размещения, в том числе и буксируемая ГАС. «Плати­на» имела дальность обнаружения в ре­жиме эхопеленгования 25 — 30 км, а в режиме щумопеленгования 4 — 6 км. Мертвая зона составляла 1,5 — 2,0 км, а дальность обнаружения торпеды — 3,0 км. Буксируемая ГАС размерами 1×1м. имела сектор обзора ±130°. Накопление сигнала шло по 5 частотам, средняя ошибка в определении координат под­водной цели не превышала 2° по пелен­гу и 1,5% по дальности. Комплекс выпол­нял также задачи звукоподводной связи. На первых кораблях серии для звукопод­водной связи и опознавания применя­лась ГАС МГ-26 «Хоста», принятая на вооружение в 1960 году (главный кон­структор Н.Б.Кусков). Кроме того, уста­навливалась станция приема сигналов от радиобуев МГ-409П.
На кораблях проекта 61 и большинст­ве модернизированных единиц устанав­ливались также неакустические средст­ва обнаружения подводных лодок — при­нятые на вооружение в 1963 — 1964 го­дах одноканальные станции МИ-110Р и МИ-110К. Станция обнаружения радиа­ционного следа подводной лодки МИ-1 ЮР оказалась сложной в обслужи­вании и дорогой в производстве (в схе­мах использовалось золото), а станция обнаружения теплового следа подводной лодки МИ-110К получилась достаточно удачной и в модернизированном виде ис­пользуется и поныне.
Общая оценка проекта
Рассматривая корабли проекта 61, можно отметить две принципиальные особенности, отличающие их от всех ра­нее построенных кораблей ВМФ СССР. Первая и самая важная — применение в качестве главной энергетической уста­новки всережимных газовых турбин, а также перспективная схема их компонов­ки. Именно благодаря этому «поющие фрегаты» навсегда останутся этапными кораблями в мировом военном корабле­строении. Другая особенность — приме­нение специально созданных зенитных ракетных комплексов для целей проти­вовоздушной самообороны.
Стоит также упомянуть гармоничность всех тактико-технических элементов ко­рабля, его неплохие мореходные качес­тва, возможность быстрой агрегатной замены главных двигателей, наличие взлетно-посадочной площадки для про­тиволодочного вертолета, большую на­сыщенность оружием и боезапасом, ра­диоэлектронным вооружением.
На этом перечень положительных ха­рактеристик корабля проекта 61 в основ­ном исчерпывается. Конструкторы, огра­ниченные строгими рамками требований руководства флота, создали неплохой корабль нового типа, но при этом им не удалось избежать и ряда недостатков. Дальность плавания оказалась неболь­шой, а зенитно-ракетное вооружение имело достаточно низкие характеристики для 60-х годов, не обеспечивая отра­жение групповых налетов авиации. Эф­фективность противолодочного оружия была снижена из-за наличия малоэффек­тивных гидроакустических станций. Воз­можность базирования корабельного вертолета при штормовых условиях из-за отсутствия вертолетного ангара так­же представлялась спорной. Кроме того, моряки нередко давали негативную оцен­ку 61-му проекту из-за повышенной шумности и отвратительных бытовых усло­вий для экипажа.
На корабле такого ранга впервые были применены и пожароопасные алюминиево-магниевые сплавы, погреба боеза­паса размещались впервые выше ватер­линии и могли быть лишь частично за­топлены через систему орошения. Взрыво- и пожароопасные помещения вплот­ную соседствовали друг с другом, а про­тивопожарная и противовзрывная защи­та отличалась примитивным исполнени­ем. Для аварийного выхода личного со­става не имелось достаточно широких иллюминаторов, да и размещение основ­ных и запасных пунктов командования и управления было, если можно так выра­зиться, вынужденно нерациональным.
Впервые отечественный корабль рас­считывался на динамическое воздейст­вие атомного взрыва и обладал доста­точно высокой остойчивостью, гермети­зацией корпуса и противохимической вентиляцией. Но в реальных условиях современного боя он неминуемо погиб бы в считанные минуты из-за отсутствия какой бы то ни было конструктивной за­щиты. По прогнозам в случае начала Третьей мировой войны время «боевой жизни» для корабля такого класса не превысило бы 5 — 7 минут!
По тактико-техническим характеристи­кам БПК проекта 61 не уступал своим за­рубежным аналогам, а кое в чем и пре­восходил их. Однако предназначение американских эсминцев и фрегатов было вполне определенным: им предстояло обеспечивать противолодочную и проти­вовоздушную охрану ударных авианосных соединений. Но тут возникает вопрос: для чего же построены наши «поющие фре­гаты»? Они вооружены лишь оружием са­мообороны от воздушного и подводного противника и представляли собой, по сути, неплохие эскортные корабли для трансатлантических конвоев. Но в эпоху «холодной войны» таковые конвои никак не вписывались в советскую военную док­трину, а для охраны каботажного плава­ния корабль был излишне дорог и вели­коват. Ударного оружия корабли «чисто­го» проекта 61 не имели, и на Западе их недаром называли «беззубыми» или «без­оружными красавцами».

Сравнительные тактико-технические элементы кораблей проекта 61 и их зарубежных аналогов
Проект 61 «Чарлз Ф. «Брук» «Амацукадзе» «Дюпти Туар» «Импавидо»
Адамс»
Водоизмещение, т:

стандартное 3505 3370 2643 3050 2750 3201
полное 4460 4570 3426 4000 3750 3941
Главные размерения, м:
длина 144,0 133,8 126,3 131,0 129,0 130,9
ширина 15,8 14,35 13,4 13,4 12,7 13,6
осадка 4,57 6,1 7,3 4,2 5,4 4,5
Дальность плавания, миль
(со скоростью хода, уз.) 3500/20 4500/20 5400/20 4000/20 5000/18 4500/18
Скорость хода полная, уз. 35,5 34,0 27,0 33,0 34,0 34,0
Мощность ГЭУ, л.с. 72000 70000 35000 60000 63000 70000
Экипаж, человек 266 353 241 290 347 344
Вооружение 2×2 ЗРК 1×1 или 1×1 ЗРК 1×1 ЗРК 1×1 ЗРК 1×1 ЗРК
«Волна» 1×2 ЗРК «Тартар» «Тартар» «Тартар» «Тартар»
(32 ракеты) Тартар» (16 ракет) (36 ракет) (40 ракет) (36 ракет)
(36 — 38 ракет)
2×2 2×1 1×1 2×2 3×2 1×2
76мм 127 мм 127 мм 76 мм 57 мм 127мм
1×5 2×3 2×3 2×3 2×3 4×1
533 мм 324 мм 324 мм 305 мм 550 мм 76 мм
ТА ПЛО ТА ПЛО ТА ПЛО ТА ПЛО ТА ПЛО ТА ПЛО
2×12 -РБУ 1×8 ПЛУР 1×8 ПЛУР 2 бомбомета 1 — 375 мм 2×3—324мм
2×6 — РБУ «Асрок» «Асрок» «Хеджехог» Бомбомет «Бофорс»
2×1 — 533 мм ТТ
Год постройки 1962—1973 1962—1964 1966—1968 1965 1956—1957 1963—1964
Кол-во ед. в серии 20 23+6 экспорт 6 1 4 2

Show More
Добавить комментарий