Валерий Ободзинский

Валерий Ободзинский родился в Одессе, на улице Петра Великого. Родители ушли на фронт. Воспитанием занималась бабушка Домна Кузьминична, имевшая на тот момент ещё сына Леонида, который был старше Валерия всего на два года. По воспоминаниям родных, во время немецкой оккупации случился инцидент, который мог закончиться смертельным исходом для детей. Разъярённый кражей колбасы старшим ребёнком, немецкий офицер грозился застрелить обоих и только вмешательство Домны Кузьминичны предотвратило расправу[источник не указан 166 дней].

После школы Ободзинский сменил несколько рабочих профессий: работал кочегаром, натягивал пружины на матрацах, а также непродолжительное время проработал в артели, делая замки для мебели[источник не указан 166 дней].

В 1959 году 16-летний Валера снялся в эпизоде художественного фильма «Черноморочка», куда его привели прямо с улицы. В фильме он исполнил роль музыканта оркестра[2].

Началом его профессиональной карьеры стала Костромская филармония. Затем работал на теплоходе «Адмирал Нахимов»[источник не указан 166 дней]. После этого местом его работы стала Томская филармония, с концертами от которой он объездил всю Сибирь, а затем — и всю Россию[источник не указан 166 дней]. После Томской филармонии вновь вернулся в Костромскую филармонию, на этот раз солистом. Руководителями на тот момент были Валентина Фёдоровна Макарова и её муж, художественный руководитель, Валерий Иванович[источник не указан 166 дней].

В 1966—1967 гг. работал в оркестре Олега Лундстрема[2]. В 1967—1972 гг. — солист Донецкой филармонии[источник не указан 166 дней].

Первый успех пришёл к Валерию Ободзинскому в Болгарии с песней «Луна на солнечном берегу»[источник не указан 166 дней]. В 1967-м он отправился в двухмесячное гастрольное турне Красноярск-Томск-Хабаровск-Владивосток, концерты проходили с неизменным успехом. Тогда его узнала вся страна[источник не указан 166 дней].

В 1973—1977 гг. — сотрудничество с ВИА «Верные друзья» (художественный руководитель)[источник не указан 166 дней].

Первая пластинка Валерия Ободзинского вышла в конце 1960-х годов тиражом 13 миллионов. И тут же стала раритетом. Государство на ней заработало порядка 30 миллионов полновесных советских рублей, авторский же гонорар певца составил 150 рублей[источник не указан 166 дней].

Феномен Ободзинского заключался в своеобразной, самобытной манере пения, чрезвычайно востребованной в 1970-е годы. Ободзинский серьёзно не учился пению, его вокал производит впечатление самодеятельного — голос не «сделан», верхние ноты задавленные по звучанию, плоские, нет певческого дыхания[источник не указан 166 дней]. По существу, Ободзинский — самородок, с чрезвычайно развитым от природы музыкальным чутьём, слухом, с приятным, ласковым тембром голоса (лирический тенор)[источник не указан 166 дней].

Популярность Валерия Ободзинского в первой половине 1970-х годов была огромной[2].

Голос Ободзинского — мягкий, очень приятный, ласковый тенор. Репертуар — в основном любовная лирика. Пение Ободзинского всегда прочувствованное, страстное, горячее, порой до гротеска[источник не указан 166 дней]. Наряду с песнями Д. Тухманова («Эти глаза напротив», «Восточная песня», «Листопад», «Играет орган»), А. Зацепина («Мираж», «Сколько девчонок на свете», «Песня о первом прыжке», «Марш десантников»), Ободзинский знакомил советского слушателя с творчеством Леса Рида, Тома Джонса, Джо Дассена, Карела Готта, Демиса Руссоса, Битлз[3]. Всё это, а также высокая трудоспособность, сделало Ободзинского кумиром советской публики, особенно женщин. Миллионные тиражи его грампластинок раскупались полностью и в короткие сроки после выпуска. Музыкальные критики отмечали творческий рост певца в начале 1970-х годов, расширение его репертуара[источник не указан 166 дней].

Администратор певца Павел Шахнарович:
«Мы даём за 10 дней 14 концертов, аншлаг, плюс ещё процентов 20 продаём входных. Официальная концертная ставка у него была 13 рублей 50 копеек плюс всякие надбавки. В итоге получалось около 40 рублей за концерт. В зените своей славы Ободзинский зарабатывал в 10 раз больше секретаря обкома партии. Причём часть концертов оформлялась официально, а часть — из „фондов“ местной филармонии. Конечно, такие вещи не поощрялись. Поэтому вместо заслуженного артиста России ему дали заслуженного артиста Марийской АССР».

[источник не указан 166 дней] Дальнейшая творческая судьба певца сложилась неблагополучно. Стремление обогатиться в то время не приветствовалось, более того, пошли слухи, что певец очень недоволен своими доходами и собирается покинуть страну. Всё это привело к тому, что его выступления стали исключать из концертных и гастрольных программ[источник не указан 166 дней]. Попытка организовать гастроли в США также оказалась неудачной[источник не указан 166 дней]. К 1987 году Ободзинский полностью оставил сцену. Он развёлся с женой и жил в гражданском браке с одной из поклонниц. Работал сторожем на галстучной фабрике, профессиональным пением не занимался. Страдал алкоголизмом[2].

Могила Ободзинского на Кунцевском кладбище Москвы.
В начале 1990-х годов стараниями своей гражданской жены Анны Есениной, Ободзинский решает возобновить творческую деятельность и записывает альбом песен Александра Вертинского[источник не указан 166 дней]. В сентябре 1994 года в концертном зале «Россия» прошло первое выступление после многолетнего перерыва[источник не указан 166 дней]. Был аншлаг. После первой же песни зал взорвался аплодисментами. Никто не мог поверить в то, что человек, прошедший через пьянство и наркотики, сумел сохранить в чистоте свой голос.

В последние годы жизни Валерий Ободзинский возобновил гастрольную деятельность, дал несколько концертов в разных городах России. В своём последнем выступлении по телевидению в программе «Золотой шлягер» Валерий Владимирович сказал: «Очень часто меня спрашивают: почему вы так надолго исчезли? Творческая жизнь складывалась по-разному. Был момент, когда я достиг своего потолка. И понял: дальше не пустят. Надоело унижаться перед всеми: перед работниками телевидения, радио, которые с подачи сильных мира сего резали мои записи. Чиновники от культуры заявляли, что я пою не по-советски… Прошло время»[источник не указан 166 дней].

Ободзинский скончался 26 апреля 1997 года. Был похоронен на Кунцевском кладбище (участок № 10).

Панихида состоялась в Центральном доме работников искусств. Проститься с Ободзинским пришло около 300 человек, в том числе и коллеги покойного: Иосиф Кобзон, Лев Лещенко, Альберт Асадуллин.

Анна Есенина:
«На гражданской панихиде в ЦДРИ не было конца речам о том, как все дружили с Валерой и как его любили. А там стояла на специальной подставке его фотография в рамке со стеклом. И вдруг она упала на пол, и стекло со страшным грохотом разлетелось вдребезги. После этого все сразу заткнулись. Таким образом Валера прекратил этот апофеоз уже оттуда, с небес»
[источник не указан 166 дней].

Во время отпевания в храме священник сказал: «Умереть так, как он, мечтает каждый священнослужитель — он умер под Пасху. А это значит, что с него сняты все грехи.»

Show More
Добавить комментарий