Охота с беркутами

Кочевая культура народов Центральной Азии, главным образом казахов, киргизов и монголов, испокон веков славится традиционной охотой с хищными птицами.

История зарождения охоты с прирученными хищными птицами уходит своими корнями в глубокую древность и насчитывает, по оценкам историков, более трех с половиной тысяч лет. Охота с ловчими птицами была популярна в Древней Индии, во времена Александра Македонского соколов для охоты использовали фракийцы. А повсеместное распространение этого вида охоты началось с эпохи Великого переселения народов, т.е. в IV – VII века нашей эры.

Существует предание, что король Карл V за несколько соколов уступил целый остров Мальту. На Руси охота с «ясными соколами» часто упоминается в былинах. В течение веков она была любимою потехою князей, бояр и государей.

Известно также, что старший сын Чингисхана Жошы-хан владел 3 тысячами ловчих птиц, а придворные Абылай-хана содержали более 500 беркутов, свыше 300 ястребов-тетеревятников, соколов-балобанов и других прирученных охотничьих птиц.

На территории Казахстана в ходе раскопок в древних курганах археологи регулярно находят скелеты лошадей и ловчих птиц. Как правило, с лошадью и птицей хоронили почетных воинов и правителей.

Сами ловчие птицы, согласно преданиям, в тяжелые времена кормили целые аулы. Умерших пернатых хоронили с почестями, старых и раненых отпускали на волю. Наиболее опытные и удачливые охотники – беркутчи пользовались в народе огромным уважением, авторитет их был непререкаем. Секреты приручения и воспитания диких птиц передавались по наследству и хранились в строжайшей тайне.
И сегодня этот вид охотничьего искусства все еще является неотъемлемой частью культуры казахов, элитным национальным видом спорта, более того, визитной карточкой, символом страны и нации.
Традиция охоты с беркутом имеет очень древнюю историю — об этом, в частности, свидетельствуют наскальные рисунки (петроглифы), найденные на территории Монголии и относящиеся к андроновскому периоду бронзового века (XVI—XIV вв. до н. э.). Потомственные охотники называются беркутчи иликузбеги. Первое слово происходит от казахского «буркітші», т.е. «буркіт» – «беркут», «орел», а суффикс «ші», обозначает род деятельности, профессию. А в слове «кусбегі» корнем является «кус» – «птица». В русском языке больше принято использовать беркутчи, нежели кусбеги. Они учатся с детства и секреты мастерства передают из поколения в поколение. Обычно начинающий охотник вначале учится управлять перепелятником и чеглоком, затем пытается приручить тетеревятника, балобана, сапсана или кречета. Только после этого человеку доверяют обучение более крупного, сильного и опасного беркута, всегда под наблюдением более опытного наставника. У казахов каждая птица в зависимости от возраста имеет своё оригинальное название: годовалая — балапан, двухлетняя — кантубит, трёхлетняя — тырнек, 4-летняя — тастулек, 5-летняя — музбалак, 6-летняя — коктубит, 7-летняя — кана, 8-летняя — жана, 9-летняя — майтубит, 10-летняя — баркын, 11-летняя — баршин, 12-летняя —шогел. На дрессировку беркута уходят месяцы и даже годы.
Как правило, к охоте приучают молодых, но уже летающих орлов. Процесс ловли дикой птицы занимает один — два дня: охотник расставляет сеть с приманкой (например, голубем или кекликом) в местах, где охотится птица.
Обучение ловчей птицы — целая наука. Ошибешься — птица станет “домашней”, сродни курице, или, наоборот, махнет крылом и исчезнет навсегда в небесной синеве. Чтобы воспитать, по-охотничьи говорят “выносить”, ловчую птицу, ее нужно прежде всего любить, обладать большим терпением и запасом свободного времени.
Птенца обычно берут на воспитание из гнезда в возрасте трех недель. Если “пуховичок” в гнезде один, его, как правило, оставляют, чтобы в дальнейшем сохранить гнездо. Взрослые птицы спокойно переносят изъятие, если в гнезде остается хотя бы один птенец.
Следующий этап — травля на приманку с набитом соломой чучелом лисицы, привязанном на длинную верёвку (в прежние времена тренировались с живой собакой). Голодную птицу выносят на улицу с надетым на голову кожаным колпачком — томага (или клобучком), и снимают его в присутствии жертвы. Накинувшейся на добычу птице не дают растерзать её, но награждают куском мяса. Беркута также приучают к седлу, вывозят с хозяином в степь, дают привыкнуть к постоянному покачиванию и цокоту копыт. Особый момент — дрессировка на возврат к руке охотника. После долгих уроков беркут бывает готов к охоте и вместе с тем настолько привыкает с своему хозяину, что более не стремится улететь от него.
Охотятся зимой с лошади, обычно утром или вечером. Беркута не держат на весу подобно лёгким соколам, а усаживают впереди беркутчи на лошадь. К выступающему изгибу седла, луке, крепится специальная подпорка с перекладиной, на которую кладётся одетая в толстую и длинную кожаную перчатку рука всадника, а сверху на неё усаживается птица. Надетый на глаза кожаный колпачок с бубенцами даёт беркуту ощущение ночи и не отвлекает на дорогу, кожаные ремешки и поводок не позволяют взлететь раньше времени. Приметив дичь, охотник с тревожным криком ослабляет путы, сбрасывает с головы беркута колпачок и подталкивает вверх. Взлетевший орёл с необыкновенной быстротой нападает на преследуемое животное, вцепляется в него когтями, бьёт крыльями, долбит клювом голову, либо перекусывает горло. Подскакивая, охотник уговаривает птицу отпустить зверя, ласково разговаривая с ним и награждая куском мяса. Приняв добычу, беркутчи тут же снимает с него шкуру, а птице снова надевает на глаза колпак, стягивает ноги путами и сажает её на седло.
Натренированный беркут бесценен. Беркута обычно передают по наследству или дарят в знак уважения. Через 10-15 лет беркута просто отпускают на волю: даже став ручным, он остается хищником, выше всего ценящим свободу…

Show More
Добавить комментарий