Бумажные кораблики Юрия Зырянова.

Бумажные паруса местного умельца наполняет живой ветер странствий и приключений.

Бумажные кораблики Юрия Зырянова.

Бумажные кораблики Юрия Зырянова.

Это не диковинные игрушки из кружка моделирования и не оригами. Английские галеоны, японские джонки, изящные римские триеры, которые вот уже десять лет создает Юрий Зырянов, никогда не коснутся морской глади — они бумажные.

Бумажные кораблики Юрия Зырянова.

— Не бойтесь, не развалится! — демонстрирует Зырянов один из корабликов. Осторожно беру в руки парусник длиной этак сантиметров 60. Да таким корабликом гвозди заколачивать можно: твердый материал, из которого он сделан, не имеет ничего общего с бумагой! Передо мной миниатюрная копия классического английского галеона XVI века, такие использовались для постоянной связи с многочисленными британскими колониями: мощный корпус, несколько палуб, высокие мачты, паруса на реях (их можно по желанию натянуть или убрать), малюсенькие пушки по бортам и руль тончайшей ювелирной работы. Открываю дверцу в одно из помещений. Кажется, что сейчас оттуда выбежит разгневанный капитан и скомандует: «Полный вперед!» — а матросы-лилипуты помчатся исполнять приказание, полезут, как обезьяны, по веревочным лестницам…

— Здесь и крысы есть!- шутит мастер.- Как же без крыс на корабле!

Галеон действительно создан из обыкновенной бумаги, обработанной по специальной технологии. В бумажной гавани Зырянова стоит всего лишь несколько кораблей. Над одним из них мастер недавно начал работу, изготовив пока только корпус будущего трехмачтового фрегата. «Ох и красавец получится!- хвастается Зырянов. — Бортики, мачты, палубы я обязательно украшу светодиодами!»

Юрий Зырянов никогда и не думал, что займется столь необычным ремеслом. Он никогда не был в открытом море и не испытывал особых симпатий к морскому делу. Все получилось как-то само собой. Зырянов, состоявшийся художник и японист, поклонник старинных хокку, летом 1998-го без дела скитался по квартире. Наткнувшись на новенький ватман, просто так, от скуки, за пару вечеров соорудил нечто, напоминавшее кораблик.

Первого потешного «уродца» жена решила подарить друзьям. А Юрий задумался: ему, человеку совершенно не морскому, хотелось чего-то старинного и красивого, чтобы волны, ветер, дух свободы рождались в его руках. «Полундра!» — сказал себе Зырянов и принялся за дело. Он не имел ни малейшего представления о строительстве парусных судов, а в те годы не было ни специальной литературы, ни тем более чертежей, которые сегодня любой желающий сможет разыскать в интернете. Захватил сам процесс: Юрий отсматривал фильмы о первопроходцах и мореплавателях, попутно набрасывая схемы. Первый год стал временем неприятных открытий: например, оказалось, что нельзя натягивать снасти, иначе из-за приморской влажности в полную негодность приходят бумажные паруса…

Кстати, строительство любого белоснежного красавца начинается с соседней помойки рядом с домом — на ней мастер собирает обыкновенные коробки. Дело в том, что гофрированный картон наилучшим образом подходит для изготовления твердого корпуса. Это единственный секрет, о котором с усмешкой поведал мастер, а дальше — месяц кропотливого труда.

Он убежден, что у каждой бригантины или галеры есть сердце и душа, свой неповторимый нрав. Его постигаешь долгими ночами, склонившись над письменным столом, ведь только один морской красавец предполагает в среднем месяц ювелирной работы. Главное — с кораблем поладить, говорит мастер, и название следует выбирать очень осторожно, чтобы не спугнуть удачу, не обидеть парусник.

Свой грозный галеон он почему-то окрестил «Сладким грехом», а недостроенный фрегат уже носит имя Dolce Vita — капитану виднее. В минуты разочарований Зырянов устраивал настоящее аутодафе своим пинасам и галерам, сжигая на соседней помойке разочаровавшие его кораблики. Однажды он в сердцах швырнул судно о стену — после сильного удара у корабля сломался бушприт (наклонная мачта на носу судна), зато работа дальше пошла как по маслу.

Занятия взрослых — такие же детские игры, с той лишь разницей, что дети, играя, познают мир, а взрослые выбирают себе развлечение осмысленно: не на час, а на многие годы. Неписаные правила полностью завладевают нами, постепенно определяют каждый день жизни. За более чем десяток лет бумажное строительство Юрия Зырянова из разряда необычного хобби переросло в дело всей жизни.

Он воскресил множество знаменитых бригов, бригантин и галеонов, овеянных ароматом морских мифов и легенд, построил «Полтаву», балтийского первенца Петра I, и самый красивый корабль истекшего тысячелетия — La Couronne, созданный в 1636 году по приказу кардинала Ришелье как своеобразный ответ французов на английский чудо-корабль того времени Sovereign of the Seas. А после того как Юрий Зырянов сделал торговую китайскую джонку XIII века с детально прорисованной головой дракона на носу судна (настоящее произведение искусства!), друзья прозвали мастера бумажным Фаберже. Сегодня джонка украшает фойе гостиницы «Версаль».

У каждой модели своя судьба, замешанная на истории прототипа и авторских представлениях. Излюбленной тематикой Зырянова остаются корабли великих корсаров. Сам он, кстати, обожает «капитанский ром» и киноленту «Пираты Карибского моря» с Джонни Деппом. Зачитываясь и вдохновляясь пиратскими эпопеями, Юрий за считанные дни создал два флагмана знаменитого Френсиса Дрейка: галеон Revenge, на котором королевский корсар дрался с «Непобедимой Армадой», и легендарную «Золотую лань»: на ней Дрейк совершил второе после Магеллана кругосветное путешествие, а после отлил из чистого золота статую лани и водрузил на нос корабля.

Эти уникальные произведения искусства, выполненные вручную, за рубежом оцениваются в тысячи долларов. В России один такой шедевр, по старым меркам, стоит 400 условных единиц. Именно к Зырянову обращаются чиновники и бизнесмены за подарками для высокопоставленных гостей. Его кораблики, несмотря на то что выполнены из бумаги, иногда уплывают в другие страны: например, две старинные джонки давно осели в японском министерстве обороны. Благодарные островитяне, с особым трепетом относящиеся к необычным изделиям из бумаги, готовы были руки целовать за дорогие сувениры.

Зырянов работает быстро, стихийно, в одиночку и по зову сердца, не поступаясь своими принципами. Например, никогда не красит свои белоснежные корабли. «Ну ты хоть красочкой акварельной фон наведи!» — умолял его один заказчик… В свое время мастер корабельных дел отказался и от рассмешившего его предложения изготовить партию звездолетов. С горечью он вынужден забыть на время еще об одном предложении: фотохудожник из Владивостока Александр Яковец, давно покоривший первопрестольную, намеревался организовать в Москве совместную с Юрием Зыряновым выставку — в столице таланту засиять легче. Зырянову хотелось показать большую серию пиратских галеонов или кораблей первооткрывателей, где одной из первых красовалась бы знаменитая «Санта-Мария» Христофора Колумба. Но, к сожалению, бумажные кораблики в доме у Зырянова надолго не задерживаются, плывут себе дальше, быстро обретая новых капитанов, — жить то на что-то надо…

Show More
Добавить комментарий